эрготизм»

 

А. М. Черников, В. В. Мосягин

Биохимия крестовых походов


Крестовые походы — одно из наиболее трагичных и загадочных событий в истории человечества. Потрясают воображение потоки крови, пролитой на Евразийском континенте в течение почти двухсот лет — с 1096 по 1291 год. Загадочно уже само начало грандиозного катаклизма. Слова папы Урбана II, обращенные к толпе, возымели силу стихии — как спичка, брошенная в порох, они разожгли пожар, опаливший несколько поколений европейцев и азиатов.

Призыв к крестовому походу прозвучал из уст папы Урбана II на церковном соборе в Клермоне (Южная Франция) в ноябре 1095 г. Его речь выслушала огромная толпа народа. Папа призвал освободить гроб Господень, находившийся в Иерусалимском храме, из рук «неверных». Всем принявшим участие в крестовом походе было обещано отпущение грехов. Воодушевленная толпа скандировала: «Так хочет Бог!»

Первый крестовый поход начался весной 1096 г. с выступления бедноты Северной Франции и Германии во главе с проповедником Петром Пустынником и обедневшим рыцарем по имени Вальтер Голяк. Толпы крестьян с семьями, вооруженные лишь дубинами, топорами и вилами, дошли до Малой Азии, но были полностью истреблены турками-сельджуками еще до прихода туда лучше организованного и вооруженного рыцарского ополчения. Редко люди физического труда до такой степени теряют здравый смысл, что огромными массами бросают насиженные места и отправляются в неизвестность. Как бы ни тяжела была действительность, на подобные действия можно подвигнуть группу, толпу, но столько людей из разных стран — невероятно!

Принцип детерминизма утверждает: все действительное закономерно, все закономерное действительно А так как все это было, то, следовательно, существовали и объективные причины случившегося. Каковы же они?

Перед этими событиями Европа пережила «семь тощих лет» — полосу неурожаев, падежей скота, массовых эпидемий. Сложилась неблагоприятная демографическая ситуация. Возникла диспропорция между жизненной емкостью среды (при достигнутом тогда уровне развития производительных сил) и численностью населения. Усилилась социальная напряженность, обострились все существующие противоречия. Но даже всего этого было недостаточно для акта коллективного самоубийства, чем и обернулись действия авангарда крестоносцев — крестьян.

Чтобы понять случившееся, нужно принять во внимание религиозный экстаз, охвативший массы. Но чем он был вызван? Только ли надеждами на «рай на Востоке»?

Жизнь парадоксальна, как истина, и только заблуждения прямолинейны... В том же 1095 г. папа Урбан II утвердил основание ордена св. Антония, в задачи которого входило лечение людей, пораженных болезнью под названием «антонов огонь». Французская рукопись так описывала эту неведомую напасть: «... Ужасные бедствия распространялись среди людей, скрытый огонь, съедающий конечности и тело». Причина болезни оставалась загадкой до 1777 г. Только тогда французский врач А. Тессье исследовал этиологию «антонова огня» и воспроизвел в опытах на животных симптомы этой болезни, впоследствии названной эрготизмом, или клавицепстоксикозом.

Заболевание вызывают алкалоиды спорыньи (ergot по-французски, Claviceps purpurea по-латыни) — паразитического гриба злаковых растений Биологически активное начало его содержится в склероциях — твердых «рожках» фиолетового цвета, образуемых грибом, чтобы пережить неблагоприятные условия. Алкалоиды спорыньи способны действовать на нервную систему и вызывать сокращение гладкой мускулатуры. Эрготизм известен в двух формах: гангренозной («антонов огонь»), при которой поражаются сосуды и нарушается общее кровообращение и кровоснабжение конечностей, и конвульсивной («злые корчи»), сопровождаемой судорогами.

Склероции спорыньи содержат две группы алкалоидов. Одна — это производные лизергиновой и изолизергиновой кислот, вторая — клавиновые алкалоиды (агроклавин, элимоклавин и другие). Некоторые производные лизергиновой кислоты (амид, диэтиламид) обладают галлюциногенными свойствами. Особенно хорошо изучены биологические свойства диэтиламида лизергиновой кислоты — ЛСД (по первым буквам его английского названия — LSD). Это вещество — структурный аналог серотонина, одного из передатчиков нервного возбуждения в центральной нервной системе. Говоря далее об отравлении диэтиламидом лизергиновой кислоты, мы будем считать, что это модель возможного психотропного действия спорыньи.

Выделяют три стадии отравления ЛСД: начальную, стадию психоза и заключительную. Через 15-20 минут после поступления наркотика в организм отмечаются чувство стеснения, усталость, внутренняя «взбудораженность», часто — тревога, головокружение и головная боль, неприятные боли в области сердца, похолодание и дрожание рук. Зрачки глаз расширяются, речь теряет стройность. Продолжительность начальной стадии — от 40 минут до 1,5 часов.

Психические расстройства начинаются с изменений настроения и поведения, которые зависят от психического склада людей. У одних возникает настороженность, подавленное настроение, депрессия, у других — эйфория, сопровождаемая дурашливостью и беспричинным смехом. Пораженные могут быть вялыми и безынициативными либо, наоборот, не в меру активными и подвижными.

Обычно у них возникают зрительные галлюцинации в виде ярко окрашенных пестрых образов и картин, которые дополняются слуховыми, обонятельными и осязательными. Часто наблюдается явление синестезии (смешения восприятия), возникает иллюзия раздвоения личности, теряется ориентировка в пространстве и времени. Настроение пораженных психозом может неоднократно меняться, переходя от эйфории к депрессии и наоборот. Нередко больные страдают манией преследования, становятся недоверчивыми и враждебно настроенными, сверхчувствительны к любому прикосновению. Их агрессивность особенно возрастает к концу периода психических расстройств, который продолжается 5- 8 часов с максимумом через 2-4 часа после поступления вещества.

В заключительной стадии расстройства постепенно исчезают. Этот этап длится 16-18 часов, иногда 1,5- 2 суток.

И еще один важный факт: после многократных отравлений небольшими дозами наблюдаются длительные периоды психозов. В спорынье ЛСД не найден, но имеющиеся в ней производные лизергиновой кислоты могут обладать сходным действием.

Хронический эрготизм среди населения средневековой Европы был практически неизбежен. В то время злаковые культуры составляли основу питания населения, особенно бедняков — крестьян и ремесленников, Заражению зерна спорыньей способствовали низкая культура земледелия, многолетние посевы одних и тех же культур на одном месте, плохая обработка почвы. Кроме того, не было способов очистки семян от склероциев (последние очень изменчивы в размерах и нередко покрыты цветковыми чешуями, благодаря чему их трудно отличить от семян).

Таким образом, становятся понятными некоторые психологические особенности людей «мрачного тысячелетия» — повышенная религиозность, внушаемость, социальная мобильность. По-видимому, их в значительной мере определяла неустойчивая физиология, «расшатанная» психотропными веществами. Появляется возможность с учетом этих причин осмыслить удивительную и загадочную историю средневековой Европы и задуматься о будущем нашей цивилизации. Если «биохимический детерминизм» — одна из движущих сил истории и алкалоиды спорыньи действительно подвигли европейцев на крестовые походы, то какие последствия могут вызвать искусственно синтезированные и внесенные в природу химические вещества, вовлекаемые человечеством в цепи питания?

 

От редакции.

История — настолько захватывающий предмет, что увлекает и многих ученых-естественников, несмотря на боязнь запутаться в непроверяемых предположениях. Но если ограничиться только фактами, что останется от истории? Она потеряет все свое очарование...

Некоторые утверждения показались нам спорными, и мы обратились за консультацией в Институт всеобщей истории РАН — там нам помогли оценить историческую часть гипотезы — и в Институт питания РАМН, к профессору А. М. Иваницкому — он ответил на вопросы, связанные с действием спорыньи.

Конечно, факторы, которые можно назвать биохимическими, играли свою роль в истории. Неполноценное питание (обычно недостаток белков и витаминов) ослабляло государства; научившись вылечивать малярию хинином, европейцы легче завоевывали тропические колонии. Некоторые американские историки считают, что в X веке, предшествовавшем крестовым походам, в Европе быстро распространялись богатые белком бобовые культуры и их использование в пище позволило заметно увеличить эффективность труда. Но вряд ли эти обстоятельства можно считать главными причинами колониализма или других крупных исторических явлений. Не составляют исключения и крестовые походы.

Авторы статьи отмечают, что и без спорыньи бедноте средневековья приходилось несладко. В письменных источниках ничего не говорится о том, будто в XI веке «глад и мор» особенно свирепствовали в Европе (как это было в XIV веке), но и без того жизнь труженика была почти постоянной борьбой с голодом. Несмотря на это, численность населения росла, и плодородных земель на всех не хватало — кому-то приходилось уходить. Известный французский историк Ж. Ле Гофф писал: «Нас озадачивает чрезвычайная мобильность средневековых людей». Путешествовали не только бездомные бродяги, но и крестьяне, лишившиеся земли, ремесленники, рыцари, монахи...

А их здравый смысл переоценивать не стоит. Неуверенность не только в сносном существовании на этом свете, но и в посмертном спасении души была общим психологическим фоном той эпохи. Религиозность и связанный с ней иррационализм пропитывали жизнь и поведение человека от рождения до смерти. Были и другие причины, заставлявшие наиболее бедные, незащищенные и открытые всем несчастьям группы населения, уповая на чудеса, вверять свою жизнь воле Господа.

По-видимому, именно такие люди и составили авангард крестоносцев. Несомненно, походы были трагичными для них, а нередко и для населения тех мест, по которым прокатились крестоносные армии. Но общее число людей, принявших участие в великой авантюре, было, повидимому, не так уж значительно, так что вряд ли можно считать крестовые походы настолько опустошительными.

Есть еще один повод для сомнений. В отличие от синтетического ЛСД, главное действие спорыньи,

как говорилось в статье, — не галлюциногенное, а токсичное: она приводит к судорогам, нарушениям кровообращения, в тяжелых случаях — к гангрене конечностей и слабоумию. Вряд ли серьезно пораженные «антоновым огнем» или «злыми корчами» люди были способны отправиться в далекие края.

И все же гипотеза имеет право на существование. Действие спорыньи может зависеть и от свойств конкретного штамма гриба, и от каких-то побочных обстоятельств. Кто знает, может быть, у людей средневековья и происходило хроническое отравление малыми дозами спорыньи и это, в дополнение к прочим причинам, влияло на их психику и поведение? Ле Гофф отмечал, что «фанатичными участниками Первого крестового похода 1096 г. были бедные крестьяне из районов, наиболее сильно пострадавших в 1094 г. от эпидемии «священного огня» [так тоже называли эрготизм. — Ред.] и других бедствий, — Германии, рейнских областей и Восточной Франции».

Современная биохимия и физиология пока не дают нам возможности установить истину по археологическим материалам, оставшимся от средних веков, с той точностью, какая принята в естественных науках. Может быть, это удастся в будущем?

Что же касается биохимических катаклизмов в наше время, такую возможность специалисты предусматривают, и поэтому вещества, которые могут поступать в окружающую среду, а затем в пищу, обязательно тестируют. Если они обладают мутагенным, канцерогенным или токсическим действием, их изымают из использования (вспомним, например, историю с ДДТ) или ограничивают их применение. Здесь могут быть неприятные сюрпризы, но, по крайней мере, они не будут абсолютно неожиданными.

Вопрос в другом: насколько надежно действуют у нас государственные службы, контролирующие содержание в хлебе токсинов спорыньи и других грибов? В «Химии и жизни» это опасение уже прозвучало (1994, № 2). Тем не менее в Институте питания РАМН нас заверили, что случаев эрготизма и других отравлений микотоксинами в России не наблюдали несколько десятилетий, включая и годы реформ.

Зато эта история напоминает нам о другой опасности, более актуальной для современного мира, — о наркотиках. Кто может сказать, на какие авантюры могут они подвигнуть народ, мечтающий о размеренном и постоянном ходе жизни, но не знающий, как этого добиться?

 


Биохимия крестовых походов. А. М. Черников, кандидат биологических наук. В. В. Мосягин.

Химия и жизнь, 1998, N2. стр. 50-53